Michael Dorfman’s Essentials

ПРАЗДНИК ИУДЕЙСКОГО БЕЗРАСУДСТВА

Михаэль Дорфман

ПРАЗДНИК ИУДЕЙСКОГО БЕЗРАСУДСТВА

– Насчет 9-го мая, то это не праздник никакой, а День памяти, то ли 50, то ли 70 миллионов положили. Какой тут праздник? Те, кто победили сегодня живут хуже побежденных. Какой тут праздник?
– Это для кого как. Евреи празднуют Пурим, пляшут, веселятся и едят свиные уши, которые символизируют уши убитых ими врагов.
Из дискуссии в ЖЖ 

purim2Еще в студенческие времена в старой немецкой церковной истории я нашел рассказ о иудейских фанатиках в XIV веке, публично оплевывавших распятие и мочившихся на крест во время празднования Пурима. В Средние века с этим не шутили и богохульников притащили на суд к князю-епископу, слывшему защитником евреев. Не помогли даже взятки, поскольку фанатики не только не выражали покаяния, но и заявляли, что близится приход Мессии и Бог скоро уничтожит всех христиан. На следствии они оговорили не только раввинов и богатых евреев своей общины, но и собственных жен и детей. И даже на эшафоте пройдя через страшные пытки, они все ждали, что жребий – «пур» (он него название Пурима) перевернется, и они поменяются ролями со своими палачами. Я показал текст своему руководителю, видному израильскому историку, но он сказал, что «нам такая традиция не нужна».

Подобный материал почти не освещается в современной еврейской, да и не только еврейской историографии, хотя представляет далеко не только академический интерес. В 2004 году студент религиозной иерусалимской семинарии «Йешива Хар Амор» Цви Розенталь плюнул в лицо армянского архиепископа Иерусалима, несшего крест во время крестного хода в Старом Городе. Случай этот широко освещался в СМИ. Случайный ли это инцидент или продолжение в ряду других, укорененный в определенных традициях? Инцидент неслучаен еще и потому, что с Х века в иудейской традиции считается, что армяне – потомки Амалека (злодей Аман из пуримской истории тоже были «из семени Агага» – из племени амалекитов, которого вопреки божеской воле пожалел царь Саул).

Еще в XIX веке в еврейских кругах Великобритании раздавались призывы пересмотреть свое отношение к празднику. Клод Готлиб Монтефиоре открыл большую дискуссию на страницах «Джуиш кроникл» по поводу изменения смысла праздника. В традициях британского парламентаризма опрыск еврейского аристократического рода писал «Я бы не пожалел, если бы Пурим постепенно утратил свое значение и исчез из еврейского календаря». Он же назвал описанные сцены «резней ни в чем неповинных людей». В 1877 раввинат Британии выпустил «Библейскую хрестоматию для семейного чтения и еврейских школ», где значительные куски последней главы Книги Эсфирь были опущены. Про то, что злодея Амана повесили вместе с десятью его малолетними детьми. Опущено, как ликовавшие евреи учинили погром над своими врагами. «И все евреи, что в стране царя собрались и побили своих врагов числом пятьсот и семьдесят тысяч». Чтоб устранить любые сомнения, что речь идет о самообороне, в свитке записано «и никто не встал перед ними, потому, что пал страх на все народы». Опущено и про кровожадную Эсфирь, кокетливо просившую царя разрешить евреям столицы еще один день погрома, еще один день «делать по царскому желанию».

Вслед за Мартином Лютером многие антисемиты, тоже приводят Пурим, как пример еврейкой кровожадности. В печально известном труде «О евреях и их лжи» в 1543 году Лютер восклицал «Как любят евреи Свиток Эсфирь, столь подходящий их страсти к убийству, мстительности и кровожадности!». Только в отличие от современных антисемитских авторов, очень довольных такому доказательству их страхов, Лютер подобно Монтефиоре считал, что Книги Эсфирь «лучше бы не было» в библейском каноне. Были и авторы, еврейские, нееврейские и антиеврейские, которые вообще отрицали наличие традиций ритуального насилия в иудаизме, изображая евреев, как извечно мирных, пассивных, лишенных страсти и мужества. Согласно вполне доброжелательному, даже слегка сусальному определению Ж.-П. Сартра еврей, «страстно враждебен насилию».

Книга профессора еврейской истории религиозного израильского университета Бар-Илан Элиотта Горовица «Безрассудные ритуалы: Пурим и наследие иудейского насилия»(1) необходима всем сторонам дискуссии, чтоб понять, о чем речь, и, наконец, ввести в современную еврейскую историографию факты, которые историки раньше обходили молчанием. Однако, книга не только об этом. «Безрассудные ритуалы» еще и об истории замалчивания элементов насилия в иудаизме и антисемитские трактовки этих традиций. Эта книга необходима потому, евреи – нормальный народ, у которого есть все, что есть у других, и потому, что явная апологетика вредит еврейской истории больше, чем наскоки антисемитов, загнанных на задворки научного сообщества. То ли из страха перед действительными или мнимыми антисемитами, то ли из желания приукрасить и идеализировать собственный образ, однако в многочисленных трудах по истории еврейского народа аспекты имманентного насилия в иудаизме, особенно ее антихристианские аспекты его тщательно обходились. Даже антихристианские аспекты театрализированного пуримского действа и других элементов религиозно-мотивированного насилия в иудаизме до сих пор не находили своего исследователя.

«Безрассудные ритуалы» дает широкий исторический обзор связанного с Пуримом насилия в иудаизме, в том числе антихристианского, – от поздней античности и до нынешнего дня. Интересней всего мне показалось исследование тенденций насилия в современном иудаизме, которые при определенных условиях могут питать экстремистские и фундаменталистские настроения и мощно повлиять на текущую политику. Интересно и исследование христианского отношения к Пуриму, использование пуримского сказания в церковной антииудейской полемике. В 408 году декрет римского императора Теодоруса II запретил традиционный ритуал сжигания Амана «осквернения святыни тем, что образ Амана представляется так, что напоминает святое распятие, а тем самым оскорбляется вера христианская».

Во второй части книги есть раздел о пуримском насилии, о казнях христиан и еретиков во время пуримских празднеств. Примеров немного, учитывая, что у евреев не было своего государства. Хотя израильские дела изменили общее представление о евреях, как о народе мирном и неспособном к насилию, построенные по порядку эпизоды впечатляют: начиная с резни, устроенной евреями Иерусалима после взятия города персидскими войсками в 614 году. Тогда, по свидетельству рукописи т.н. «Дамасский аноним» убивали не только на улицах, но и специально выкупали рабов-иудохристиан и убивали их на месте. Интересны не только сами примеры, которых не встретишь в еврейской историографии, но еще больше исследование причин, по которым эти вопросы тщательно обходились. Дело не только и не столько в страхе, что «антисемиты могут узнать». После Холокоста антисемитизм был оттеснен на задворки, считается в приличном обществе непростительным грехом, эталоном любого расизма, религиозной и этнической ненависти. Проблема и в самом еврейском самосознании, подобно другим европейским народам, пытающимся очистится от всякой, как и казалось, дикости и пережитков.

Впрочем, не только упоминания о насилии, но и все мистическое и трансцендентальное последовательно изгонялось из мейнстирма иудаизма, объявлялось нееврейским. Даже такой авторитетный источник иудаизма, как основанная на эзотерических откровениях Каббала, рассматривался, как пережиток темного прошлого. Сейчас все стремительно меняется. Хасидизм (где Каббала составляет центральную часть учения, а крупнейший и влиятельнейший еврейский историк Генрих Грец объявил пережитком дикости) из преследуемой секты уверенно выдвинулись в самый центр современного иудаизма. И таившиеся на задворках иудаизма в диаспоре элементы насилия тоже проявляются в современной еврейской жизни, особенно в Израиле.

Эллиот Горовиц исследует многочисленные примеры ритуального надругательства над христианскими символами, богохульными с точки зрения христиан, однако героическими и богоугодными с точки зрения тогдашних евреев. Соединение пуримского мотива божественного наказания врагов с карнавальным действом порождал виды поведения, которые трудно согласуются с тем, что считают типично еврейским. Крест оплевывали, сжигали, даже мочились на него. Часто на это шли, ожидая неизбежной кары. И восходили на эшафот с сознанием мученического экстаза «во славу Божию». Шли с затаенной, а то и явной надеждой, что страшные казни и пытки побудят Бога поскорей свершить кару и послать мессианское избавление верных, и соответственно, уничтожить неверных. Часто христианские власти жестоко наказывали не только самих исполнителей, но и преследовали всю еврейскую общину. Такое мученичество вдохновлялось примером Мордехая из Книги Эсфирь, упрямо отказавшегося поклониться – поступка, который никак не мотивируется в самой книге.

Интересно исследование эволюции понятия Амалека, извечного еврейского врага, которого надлежит беспощадно уничтожать вместе с женщинами, детьми даже скотом. Автор исследует, как родовое имя переносились сначала на Римскую империю, позже на ее христианских наследников и до настоящего времени, когда под именем Амалека имеют ввиду арабов и даже инакомыслящих евреев. «Амалек» все чаще мелькает в современно религиозном, а особенно религиозно- националистическом контексте. «Палестинцы – это амалеки, – заявил корреспонденту «Ньюйоркера» председатель Совета поселений Иудеи и Самарии Бенци Либерман, – Мы их всех не убьем, однако мы разрушим их способность осознавать себя, как народ». Моше Фейглин, видный деятель партии Ликуд, находившейся при власти в течение последних 25 лет заявил в том же репортаже «Арабы ведут себя, как типичный Амалек. Я не могу доказать генетически, но это поведение Амалека». Автор репортажа Джефри Гольдберг пытается приуменьшить страшный смысл рассуждений, распространенных и типичных в кругах религиозных израильских националистов. «Заповедь про Амалека – пишет Гольдберг, – самая неисполняемая из всех иудейских заповедей». Однако люди религиозные и соблюдающие воспринимают такую риторику буквально, в библейском смысле. В Израиле к этому относятся довольно серьезно, определенном раскладе политических сил, все это может послужить обоснованию репрессий, а то и геноцида. Несколько раз за призывы, с поминанием «амалеков» израильская прокуратура заводила уголовные дела по статье ??? «Проповедь расизма и ненависти». Самый последний пример – опубликованная в «Русском журнале» статья Веры Райдер о гибельности односторонних решений в израильской политике и о необходимости диалога тут же вызвала возмущенные отклики, где «амалеки» поминались довольно часто.

Книга Горовица помогает осознать, что речь идет не о современных извращениях, а о процессах, укорененных в истории и традиции. Например, подоплека поступков террориста-одиночки доктора Баруха Гольдштейна, расстрелявшего богомольцев в Пещере патриархов в Хевроне в 1994 году становится лучше понятной, если помнить, что он совершил массовое убийство в Пурим. Становится понятным и культ Гольдштейна, как святого, паломничество на его могилу и многие другие культовые вещи, возникшие в кругах религиозных израильских националистов, особенно на поселениях на контролируемых Израилем территориях. Лучше понятен и отказ властей отменить праздничный пуримский парад в Иерусалиме, когда утром пришли известия об учиненной Гольдштейном резне.

Прав американский критик Леон Визелтир, написавший «Ученая, гуманная и увлекательная книга Элиота Горовица развеет много серости, растревожит много ханжества. Пурим уже никогда не будет таким, как прежде. Сложность, которую книга вносит в картину представлений евреев о самих себе, вызовет ожесточенные и многолетние споры. Явное отсутствие у Горовица назидательности, поучительно само по себе, его любовь к правде есть выражением его любви к еврейской традиции. «Безрассудные ритуалы» – великолепный пример забытого искусства научного вызова ».

Несомненно, что книга профессора Горовица вызовет ожесточенные споры. Ведь даже куда менее противоречивое исследование израильского историка Исраэля Юваля, исследующее исторические корни кровавого навета в ритуальных массовых самоубийствах евреев времен первых крестовых походов вызвала бурные дебаты, далеко выплеснувшиеся за рамки корректной научной полемики (2). Что касается настоящего научного поиска, в том прелесть порождает истину в спорах, а не повторением застывших догм.


(1) Reckless Rites: Purim and the Legacy of Jewish Violence by Elliott Horowitz. Princeton University Press, 2006. 340 pp.
Безрассудные ритуалы: Пурим и наследие иудейского насилия. Элиот Горовиц, Изд. Принстонского университета, 2006. 340 стр.

(2) Когда материал уже был в работе, то пришло сообщение о выходе в свет книги Ариэля Тауфа «Pasque di Sangue» («Кровавая пасха») о том, что некоторые средневековые инциденты, связанные с кровавым наветом могут иметь под собой фактическую основу. Книга вызвала целую бурю, особенно в антисемитских и анти-антисемитских кругах, повторивших дежурные тексты. Книга проф. Тауфа написана по-итальянски, и недоступна пока ни мне, ни большинству критиков, выливших на исследователя море помоев. Подробности в моем материале «Что если пили христианскую кровь?» http://www.russiandenver.50megs.com/pili_krov.html

Все права принадлежат Михаэлю Дорфману (с) 2007
© 2007 by Michael Dorfman. All rights reserved

1 Comment »

  1. То, что какой-то там отморозок оскорбил действием христианского священника достойно осуждения и наказания. Но то, что автор этой статьи возрождает опасные антиеврейские басни достойно конкретного общественного судебного процесса.

    Такие как г-н Дорфман – находка для амалеков!

    Comment by Valery Novoselsky — February 23, 2013 @ 3:05 pm


RSS feed for comments on this post. TrackBack URI

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s

Create a free website or blog at WordPress.com.

%d bloggers like this: