Michael Dorfman’s Essentials

БОБЭ МАЙСЕС

Михаэль Дорфман

БОБЭ МАЙСЕС – БАБУШКИНЫ СКАЗКИ В СТИЛЕ ХИП-ХОП

В этом году на праздник Песах я допустил большую оплошность. Дожидаясь начала ритуальной трапезы-седера, я услыхал, как на другом конце большой комнаты моя тетя внушает своим внучкам: “Смысл праздника, как и смысл нашей жизни, – порядок. Недаром его символизирует седер (порядок ивр.)…”. “Да нет, Песах – это праздник свободы, – ляпнул я с места, – праздник освобождения”. Внучки взглянули на меня с интересом и повторили “Свободы? Освобождения?” Я добавил цитату из пасхального предания Агады: “Из рабства к свободе… были мы рабами в Египте, а теперь свободные, сыны свободы”. Тетя отчаянно сверкнула очками: “Неправильно! Песах – это седер! Порядок!” Сообразив, что нарушаю педагогические усилия не одного года, я закусил, губу, и оставил разгневанную тетю, бороться с мировой энтропией и убеждать внучек, что главное – порядок, а не так называемая свобода, которая тоже вынужденная необходимость.

Интересно, изменила бы она свое мнение, если бы послушала диск “Так называемый седер” – Socalled Seder. “Так называемый” здесь не фраза, а имя, верней псевдоним рэпера, еврейско-канадского артиста жанра хип-хоп DJ Socalled. DJ – это диск-жокей. В среде исполнителей этого своеобразного и необычайно популярного сегодня направления принято брать псевдонимы –Комитет Смерти, Предательская тройка, Мастер Дон, Нация Зулу, Занятая Пчела, Бешеные Ноги, Наличняк, Брат Вопрос, 50 центов, Поджигатель, Здравый смысл. Некоторые имена хип-хоперов и вовсе непонятны посторонним – Eminem, Мос Деф, Закир Джей-5, Расширенные Люди или SSUR. Так, что “Так называемый” – Socalled вполне уместно. –

Сейчас мы достигли периода, который я называю битвой за еврейскую самоидентефикацию, – голос с явным бруклинским акцентом, который по-русски лучше всего передать одесским произношением. Вмешивается виртуозный кларнет, а затем и ударники, ритмические темпы и характерные выкрики – Так мне бабушка говорила, так рассказывала свои майсы…

Так начинается и проект двух замечательных артистов – Дэвида Кракауэра и Socalled. О Кракауэре мы писали год назад в статье “Клезмер – выражение идиша в музыке”. Теперь Кракауэр представляет еще более неожиданную для любителей “чистой” комбинацию – клезмер и хип-хоп. И все еврейское!

Кракауэр был хорошо известным джазовым кларнетистом, респектабельным педагогом. К нему случайно обратились участники клезмерского ансамбля и попросили порекомендовать им студента по классу кларнета. Кракауэр попробовал сам и увлекся на всю жизнь. Позже он вошел в легендарный ансамль “Клезматик” – один из пионеров современной клезмерской музыки. После семи плодотворных лет Кракауэр создал в середине 90-х собственный ансамбль “Безумье клезмеров”, с которым продолжает играть, писать музыку и экспериментировать до сего дня. Кракауэр встретил Socalled в Монреале на фестивале “Клезм-Канада”. Они провели целый день вместе, и на прощанье Socalled дал Кракауэру послушать самодельную запись “Так называемого седера”. –

Я отнесся скептически. Седер и хип-хоп – звучало несколько странно, – рассказывал Кракауэр в одном из интервью, – Потом я все же послушал, и музыка захватила меня. Это было самое замечательное, что я слышал в жизни. Я понял, что хочу сотрудничать с этим артистом, что нашел соратника и единомышленника, душевного друга.

Здесь не просто смешение стилей. Надо именно вжиться в музыку, прочувствовать ее страсть и тогда получается истинный синтез.

Socalled, унаследовавший от родителей имя Джонатан Долгин, известен острым языком. Когда старичок-журналист из известной идишской газеты спросила его что-то о “возрождении идиша”, артист вспылил: “Хватит говорить о е… возрождении, потому, что идиш – живой!”. И все же интересно, как хип-хопер пришел к идишу? Socalled стал подбирать еврейские мелодии в качестве фона и заставок для речитативной декламации, в чем, по сути, и состоит техника хип-хоп. По-английски такой речитатив называется rap. В хип-хоп каждый приносит странные, малоизвестные мелодии. –

Я стал работать со старыми еврейскими звукозаписями и открыл целый чудесный мир, замечательных старых артистов, как Мики Кац, Аарон Лебедев, Мойше Ойшер. Я никогда и нигде этого не слышал, ни по радио, ни на концертах. Я и я понял, что это – мое. Это как раз оказался материал для такого еврейского парня, как я, делающего рэп-музыку. Оказалось также, что их звуки отлично ложатся в контур хип-хопа. Еще одно замечательное качество, – усмехается Socalled, – В глобализованном мире интеллектуальной собственности никто не предъявит ко мне претензий за нарушение авторских прав.

Кракауэр сделал программу, как бы воображаемую встречу-дуэт двух великих кларнетистов прошлого: клезмера Нафтуле Брадвейна и джазмена Сидни Буше. Здесь в Нью-Йорке нельзя избежать вопроса о связи еврейско-американской и афро-американской музыки. Особенно, если речь идет о хип-хопе, которые многие считают лишь музыкой черных кварталов. –

Я еврейский канадец, – отвечает Socalled с улыбкой… Разумеется, есть миллион вещей, связывающих еврейскую и негритянскую музыку: опыт гетто, притеснений и гонений. Общее в стремлении скрыться от жестокой реальности, забыться в музыке. Есть общее в выражении страданий и в выражении радости… Негритянские спиричуалс, как и хасидская музыка, черпает свое вдохновение в Ветхом Завете, в ТаНаХе… Да, здесь много связей… Но! Для меня хип-хоп – это, прежде всего, современное средство. Сейчас все используют имя “хип-хоп” для того, чтобы быть современными. Хип-хоп, музыка “рэп” давно уже оторвались от афро-американского контекста и означают лишь использование стиля, определенной технологии для художественного самовыражения. Бывает хип-хоп итальянский, индийский, латиноамериканский… Все используют стиль. Я не думаю, что там остался афро-американский контекст. Разумеется, от них пришел хип-хоп. Разумеется, афро-американцы были первыми. Они дали хип-хоп миру, но теперь – это всеобщее достояние. Примерно как рок-музыка. Целые библиотеки написаны о взаимоотношениях черной и еврейской музыки в Америке… Но! Я просто хочу делать свою музыку в стиле хип-хоп. Меня не волнует, еврей, негр или цыган, черный, белый, желтый или голубой, – продолжает Socalled. Мы смешиваем стили, смешиваем традиции абсолютно так же, как это происходит в реальной жизни.

Сообщество хип-хоперов хорошо приняло еврейского музыканта. Его рэп на фоне мотивов и отрывков клезмеров и еврейских театральных артистов, таких как Аарон Лебедев, сразу нашла отклик и понимание.

Итак, клезмер и хип-хопер. Еврейские эмигранты создали в Америке самобытную музыкальную культуру, выражавшую их ностальгию по старой родине. Считается, что клезмеры – это провинциальные музыканты из Восточной Европы, из черты оседлости, куда загнала евреев царская власть. Сегодня это далеко не так. Клезмерская музыка – это респектабельный музыкальный жанр, хорошо укорененный в мейнстрим американской и интернациональной музыкальной культуры. В 20-30-е годы здесь творили прекрасные артисты, играли на свадьбах, бар-мицвах, создавалась музыка для чрезвычайно популярного еврейского музыкального театра, на равных конкурировавшего с Бродвеем, было записано огромное количество замечательной клезмерской музыки. Фактически Америка спасла клезмерскую музыку от забвения и уничтожения. Ведь в Холокосте сгорела почти вся самобытная еврейская народная культура. То, что оставалось, было уничтожено Советской властью. Наследию замечательных клезмеров середины XIX века: Педоцера – Арн-Мойше Колоденко и Стемпеню – Йоселе Друкер, увековеченных Шолом-Алейхемом, грозило полное забвение. –

Третьим, и, наверное, самым опасным фактором стала ассимиляция в Америке… да и везде, – говорит Кракауэр. – Для нас, начинавших в 70-е, таких как Энди Статмэн, Капелия, других ансамблей, искавших корни, проблема состояла в том, чтоб что-то найти, возродить.

Они нашли свои корни совсем недалеко от дома. В Нью-Йорке в 20-30 годы работали и записывались великие клезмеры, такие как Нафтуле Брандвейн и Дейв Терас, сохранившие и обновившие традицию. Кстати, после публикации моей статьи, где упоминались эти артисты, я получил письмо из Израиля, где меня просили помочь найти Дейва Тераса, “который на самом деле Давид Тарасюк, родной брат моей бабушки из местечка Терновка в Днепропетровской области”. В 1979 году я слышал музыку в исполнении почти столетнего тогда Тераса, но найти его – увы! Он ушел в 1989 году.

Программа, а также совместный диск Кракауэра и Socalled, называется “Бобэ майсес: байки, которые бабушка нам рассказывала”. Что это, бабушкины сказки? –

Как бы старые рассказы, байки, которые нам рассказывают с детства, которые все считают общепринятым мнением, – говорит Socalled. – Такие байки, которые передают, которые живут в семье. Но это очень-очень неопределенно. Я когда-то услышал пьесу в исполнении Кракауэра с названием “Бобэ майсэ”, и она послужила толчком к созданию диска. Пьесу эту я записал в серии “Архив американской еврейской музыки Милкина”, посвященной 350-летию еврейской общины в Северной Америке, – продолжает Каракаэур. – Мелодия пришла от моего учителя Лиона Ришонова, а тот получил ее от своего учителя, замечательного кларнетиста Семена Белосина, игравшего в оркестре Нью-йоркской филармонии с 1920 по 1965 год. Белосин был большим энтузиастом, одним из зачинателей возрождения клезмерской традиции в Америке.

Несколько слов об “Архиве американской еврейской музыки Милкина” – замечательном проекте, призванном включить весь широкий спектр музыкальной деятельности евреев в Америке: клезмеров, театральную музыку, канторское пение, музыку еврейского кино. Архив возвращает к жизни творчество забытых композиторов, как Стивен Вольпе или Дариус Миклад, подчеркивает еврейский аспект творчества всемирно-известных известных, как Леонард Бернстайн, Джордж Гершвин, Ирвин Берлин, Курт Вейль. Вейль, к примеру, писал в Америке музыку еврейского театра, и это совсем другой Вейль, чем хорошо известная музыка для постановок Брехта. Архив восстанавливает старые записи, а часто и заново записывает музыкальные произведения. Проект поддерживается “Фондом семьи Милкин”, и хотя сам глава семьи, крупный финансовый брокер Майкл Р. Милкин, сел в тюрьму за финансовые махинации на Уолл-Стрит, деятельность проекта успешно продолжается. Сам Милкин считает “Архив американской еврейской музыки” одним из важнейших, призванный как-то вернуть долг обществу и общине.

Как и во всем еврейском, “бобэ майсес” имеет много подтекстов. “Бобэ майсес” – одно из первых произведений светской литературы на идише, одна из первопечатных книг на идише в начале XVI века. Вероятно, эта книга была и самая распространенная – не бабушкины сказки, а “Истории Бовы”. Она выпущена впервые в Италии христианским первопечатником еврейской книги Паулем Фангисом. “Бобэ майсес” – перевод итальянского рыцарского романа в стихах “Бова д’Амато”, выполненный одним из первых идишских филологов Элией Левитом (известным в еврейской литературе, как Элия Бохер). Сам роман тоже является переложением нормандского рыцарского романа XIII века о полумифическом основателе Саутгемптона (Sir Bevis of Hampton, или по-старофранцузски Boeve de Hatone). Роман этот пользовался огромной популярностью по всей Европе в течение нескольких сотен лет, переводился и перетолковывался во многих странах. На Руси “Бова д’Амато” лег в основу одной из первых русских лубочных книг “Повесть о Бове-королевиче”. В еврейском языке “бобэ майсес” стали нарицательным именем для всяких выдумок, баек. И имя легендарного рыцаря связалось с созвучным еврейским словом “бобэ” – баба, бабушка.

Итак, “Бобэ майсес”: считается, что бабушка печет самое лучшее в мире печенье, хотя она обычно покупает печенье в супермаркете. Если свистишь в доме, то приманиваешь крыс. Не ковыряй в носу, а то руки будут короткими. Ешь манную кашу, а то никогда не вырастешь. Куриный бульон – лучшее лекарство от всех болезней, а сквозняк, наоборот, вызывает все болезни. Надень шапку, а то простудишь голову. Отойди от кухонного стола, а то никогда не женишься…

Бабушкины сказки. Теперь еврейский рэпер и клезмер продолжают золотую цепочку народной традиции и доносят свои майсес до американской аудитории. –

Майсес – это, что-то такое, что нам говорили, вроде “На твоем отце держится вся больница”, – говорит Кракауэр, – а папа действительно работал в больнице, но бабушка слишком преувеличивала… Но “майсес” и критическое осмысление многих расхожих истин, которыми живет американское еврейство – преемственность, Холокост, наше прошлое…

Многие сегодня сомневаются, слышали ли мы всю правду о еврейском прошлом от своих родителей. Опросы показывают, что традиционные американские еврейские лозунги перестают работать в возрастной группе 18-36 лет. Традиционные формы еврейской активности: Израиль, община, антисемитизм, даже Холокост воспринимаются многими, как “майсес”. Именно поэтому вынесенная в начало статьи фраза – отрывок из записи покойного голливудского актера Гершеля Бернарди, одного из зачинателей компании поиска еврейской идентификации “Помни, кто ты есть… Возвращайся со мной…”. –

Мы как раз записывали диск на следующий день после президентских выборов 2004 года, – рассказывает Кракауэр, – Мы уже знали, что победил Дж. Буш. Настроение было дрянное. Мы растерялись оттого, что доверие людей можно завоевывать с помощью “майсес”… Теперь уже не “бобэ майсес”, а “Буш-майсес”…

Одна из наиболее запоминающихся вещей в программе – “Румыния, Румыния”. Переработка старого эстрадного номера Аарона Лебедева, широко известного всем любителям клезмерской музыки. Впервые “Румыния” была записана в 20-е годы и широко разошлась по всему миру. –

Я всегда хотел исполнить “Румынию”, – рассказывает Кракауэр. – Однако я понимал, что после Лебедева уже так не получится. Да и почти любой ансамбль клезмеров включает эту вещь в свой репертуар.

Действительно, вещь эту исполняют так часто, что ее во многом затаскали. Кракауэр придал своей интерпретации совершенно иной, мрачный, оттенок. “Румыния” в его обработке – не только веселые еврейские куплеты, но и надвигающаяся тьма, Румыния времен наступления фашизма, когда Лебедев создал свой шедевр, и темные улицы и слепые окна румынских городов времен Чаушеску, и сегодняшнюю Румынию, обремененную нищетой, коррупцией и преступностью. Кларнет Кракауэра плачет и стонет, оставляя очень мало от веселья классической еврейской оперетты. 20-30 годы многими осмысляются сегодня заново, как время наступления реакции, и как время удивительного творческого расцвета, и как время перелома, в чем-то напоминающего наше. Еще один важный аспект: 20-30-е годы – время, когда новые технические средства – звукозапись и радио – вторглись в музыкальное творчество, радикально изменив всю музыкальную культуру. Во много это напоминает техническую революцию сегодняшнего дня. Существует и сильная реконструктивная философия – попробовать воссоздать художественные тенденции, трагически прерванные Второй мировой войной.

Американская еврейская музыка всегда менялась, обогащалась и обогащала собой и еврейские театр на Второй авеню, и Бродвей, которые неразрывно связаны не только музыкальной традицией, но зачастую даже одни и те же люди работали и там, и там. Курт Вейль повлиял на обоих музыкантов. Поэтому последний вопрос: Вы не боитесь разрушить традиционную клезмерскую музыку, вторгаясь в нее, вводя столько разных элементов? –

Мы получаем множество гневных писем с призывами “не трогать клезмерскую музыку!”, “оставить ее в покое!” Те, кто слышат нашу музыку, – действительно вдохновляются. Клезмерская музыка – изначально танцевальная музыка. Речь не идет о музейной этнографической реконструкции. Чтобы жить, танцевальной музыке необходимо обновляться, соответствовать современным ритмам и звучанию.

Все права принадлежат Михаэлю Дорфману (с) 2005
© 2005 by Michael Dorfman. All rights reserved

Leave a Comment »

No comments yet.

RSS feed for comments on this post. TrackBack URI

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s

Create a free website or blog at WordPress.com.

%d bloggers like this: