Michael Dorfman’s Essentials

Боб Саймон

Михаэль Дорфман

БОБ САЙМОН: ДРУЖИЛ С РАБИНЫМ, НО ХОТЕЛ БЫТЬ ШАРОНОМ

wp1

Боб Саймон

В четверг, 12 февраля, в Нью-Йорке в автомобильной катастрофе трагически погиб легендарный журналист программы «60 минут» телеканала CBS Боб Саймон. За полувековую карьеру Саймон побывал всюду, стал свидетелем истории новейшего времени, которую и донес до своих зрителей. Он снимал в местах ядерных аварий в Чернобыле и Фукушиме, освещал военные перевороты в Польше и в Португалии. Снимал борьбу с браконьерами слоновой кости в Африке, войну в на Кипре и в Сомали, американскую интервенцию в Гренаду, геноцид в Сребренице, события Арабской весны 2011 года в Каире. Исполнительный директор CBS News Джефф Фейгер сказал, что Боб Саймон пережил больше трагических ситуаций, чем почти любой журналист в наше время.

Саймон начинал репортерскую работу во время войны в Северной Ирландии. Потом работал военным корреспондентом во Вьетнаме. Боб покинул Сайгон с одним из последних вертолетов. Потом попал в Израиль, освещал исторический визит египетского президента Садата в Иерусалим. Он был вхож в кабинеты и дома премьер-министров, дружил с Ариэлем и Лили Шарон, и вместе с женой Франсуаз играл в Ицхаком и Леей Рабиным в теннис. Мой друг, хорошо знавший Саймона по работе в Израиле заметил, что он дружил с Рабиным, но хотел быть Шароном – открытый и все понимающий либерал, который все же предпочитал не освещение дипломатических тайн и политических скандалов, а то время, когда переправлялся с Шароном через Суэцкий канал во время Войны Судного Дня. Саймону пришлось освещать убийство Ицхака Рабина.

Израиль в 1980-е был маленькой страной, где все знали всех, и Боба узнавали на улицах и базарах израильтяне и палестинцы. Во время моей армейской службы, он приезжал на оккупированные территории. Я ездил с его охраной несколько раз. В те времена все знали всех, и никакой субординации не соблюдалось, Мы вместе обедали, разговаривали, смеялись. Боб был замечательным рассказчиком хороших еврейских анекдотов. Он рассказывал их с непроницаемым лицом, замечательно подходящим для острого, парадоксального, далеко не на любой вкус еврейского юмора. Никто тогда особо не заботился и о том, что запрещается разговаривать с журналистами. То ли рассчитывали, что мы ничего такого не скажем, то ли скрывать особенно было нечего.

Во время первого палестинского восстания против оккупации, интифады в 1987 году, Боб Саймон и его съемочная группа с помощью какого-то особого телеобъектива засняли жестокое избиение палестинских подростков израильскими военными в течение 40 минут. Эти кадры крутили по всем мировым телеканалам и они стали символом интифады.

Для израильтян это было первым звонком, означающим конец безнаказанности оккупационной армии. Наступала новая эра, когда ничего уже невозможно было скрыть. Наступало новое время, когда свидетельства нарушений и преступлений мог увидеть весь мир.

Боб Саймон пользовался огромным авторитетом и уважением и среди палестинцев. Рассказывают, что его съемочная группа попала в самую гущу разгневанных палестинских демонстрантов, и им угрожала физическая расправа. И тут его узнали. Люди окружили ихб защитным кольцом, а в толпе из уст в уста передавалось его имя.

Саймон стал лауреатом множества самых престижных журналистских премий, среди них за расследования убийства агентами Моссада алжирского официанта в Норвегии, которого они приняли за руководителя террористической организации, устроившей бойню на Олимпиаде в Мюнхене в 1972 г.

Я встретил Саймона еще один раз в Каире в 1995 году. Позже я узнал, что тогда он работал над сюжетом о контактах между Израилем и Хизбаллой накануне израильского отступления из Южного Ливана. Во время Войны в Заливе Боб Саймон со своей группой попали в иракский плен. Полтора месдяца их унижали, избивали и угрожали смертью. Позже он признавал, что плен сильно изменил его.

Передача «60 минут» пользовалась огромной популярностью не только из-за актуальности тематики, но, в огромной степени, благодаря юмору и врожденному умению Боба Саймона рассказывать истории.

Бобу Саймону было 73 года, и казалось, что он будет всегда. «Он был репортером репортеров, и естественное любопытство вело его вокруг света, заставляло заниматься любыми историями, которые только можно себе представить» — сказал о нем в прощальном слове директор CBS News Джефф Фейгер.

Впервые из “Релевант” 14.2.2015

Михаэль Дорфман © 2015
Michael Dorfman © 2015
.

 

Advertisements

%d bloggers like this: