Michael Dorfman’s Essentials

Агунот: ОБЩЕСТВО РОЗЫСКА БЕГЛЫХ ЕВРЕЙСКИХ МУЖЕЙ

 Михаэль ДОРФМАН

ОБЩЕСТВО РОЗЫСКА БЕГЛЫХ ЕВРЕЙСКИХ МУЖЕЙ

Anna R. Igra Wives Without Husbands: Marriage, Desertion & Welfare in New York, 1900-1933. Chapel Hill: University of North Carolina Press, 2007. 175p

Книга Энн Игра «Безмужние жены» поднимает интересную проблему покинутых еврейских жен и решении их проблем в Америке начала ХХ века. Вместе с тем, рецензия оставляет впечатление, что речь идет о проблеме, характерной для первого поколения еврейских эмигрантов в США в период 1900-1930 годов.
На самом деле проблема беглых мужей и многоженцев существовала в еврейском народе издавна, о чем свидетельствуют теологические сочинения и грозные раввинские постановления с XV века, а то и раньше. Проблема соломенных вдов в традиционном еврейском обществе одна из самых серьезных и запутанных правовых проблем иудейского канонического права, называемого галахой. Такую женщину называют агуна (мн. агунот)- буквально привязанная, прикованная цепью, как якорь. Агуна запрещена в брак до тех пор, пока не она не получит развода или будет доказано, что ее муж умер. Существует обширная раввинская литература, за столетия выработаны особые правила, в случае, если муж – душевнобольной или недееспособный. В общем случае, иудаизм не признает за женщиной инициативы развода. В талмудические времена было проще. Негодного мужа раввины отлавливали и пороли до тех пор, пока он не даст развода, но в нынешние времена нет у них такой возможности, что обрекает женщин на бесчисленные страдания. Более того, ребенок соломенной вдовы – агуны, мамзер считается рожденные в блуде и ему отказано во многих правах в общине. В частности, такие люди запрещены в брак с кошерными евреями, и могут сочетаться браком только с мамзерами или гэрами-прозелитами – другими низшими кастами иудейского общества.
Разумеется, далеко не все агунот – жертвы брачных аферистов или брошенные мужьями соломенные вдовы. Евреи издавна занимались промыслами и торговлей, вынуждавшими много путешествовать. Путешествовали не только купцы и промышленники, но и раввины, и ученики йешив. Агуной становилась женщина, если муж пропал или сгинул где-нибудь в пути и не находилось правоспособных евреев, готовых засвидетельствовать его смерть в раввинском суде. На протяжении истории еврейский народ становился жертвой войн, преследований и погромов. Страшные времена пережили евреи во время многолетней Освободительной войны украинцев под руководством гетмана Богдана Хмельницкого. Цифра в триста тысяч убитых евреев не выдерживает критики, поскольку вся еврейская община Украины не насчитывала столько людей, но жертвы были огромными. Знаменательно, что победивашая в войне украинская сторона, потреряла в четыре раза больше людей, чем поляки и евреи, игравшие важную роль в польской колонизации и воевавшие на стороне поляков. Война унесла десятки тысяч людей – поляков, украинцев, евреев, татар, русских. В еврейской памяти Хмельнитчина символизирует национальную катастрофу. Многие тысячи евреев были убиты, целые общины были уничтожены. Тысячи женщин остались агунот.

После войны безмужние женщины рожали тысячи детей, после изнасилований, вступали в брак без развода от пропавшего без вести мужа. Их детей по канону следовало считать и вовсе неевреями, что запрещало их для брака. Перед лицом демографической катастрофы и исчезновения общины, раввинское руководство ввело мудрую практику, считать евреем всякого, рожденного от женщины еврейки. Обоснования, как водится, нашли в древних книгах. Могли ли они тогда подумать, что мудрое и гуманное решение будет использовано, чтоб разделить многострадальный еврейский народ на «галахических» и «негалахических», для оправдания дискриминации. Все объяснения попытки доказать более древнее происхождение канон, что евреем считается ребенок еврейки носят теологический характер – и основываются на толкованиях высказываний древних книг. Не существует исторических доказательств применения правила о том, что евреем считается исключительно сын еврейки ранее XVI века.
Раввинское руководство издавна стремилось к гуманному решению назревших проблем. Мне посчастливилось в 70-е годы обащьтся с замечательным религиозным педагогом и общественным деятелем рабби Ицхаком Зильбером, широко известным и любимым многим русскоязычными израильтянами. На мой вопрос о якобы неравном статусе женщины в иудейском праве он заметил, что «Господь создал людей разными».
Он привел интересный пример. «Смотри, ведь ктуба (ктубба) – брачный контракт, заключаемый во время традиционного бракосочетания, включает в себя лишь обязанности мужчины перед женой. И там ничего нет об обязанностях женщины. Почему? А потому, что патриархальные библейские законы были и так в пользу мужчины. Наши мудрецы не меняли их, а нашли толкование, позволяющее защитить права женщин».
После Холокоста проблема агунот и их детей с особой остротой встала в Израиле, где религия не отделена от государства и акты гражданского состояния определяются раввинами, согласно канонам ортодоксального иудаизма. Тогдашний Главный раввин Израиля Шломо Горен (1972-1983) принял смелое решение. Он разрешил брак вдов Холокоста и их детей. Решение Горена вызвало тогда бурю возмущения ультрарелигиозного истеблишмента. Однако за Гореном была сила. Он руководил раввинатом – государственным ведомством по предоставлению культовых услуг иудейскому населению, в том числе регистрацией актов гражданского состояния. И за ним стоял весь авторитет и сила еврейского государства, созданного на принципах сионизма, поставившего задачей освободить евреев от гнета прошлого.

Однако вернемся к книге Энн Игра. В традиционном еврейском обществе, где брак и поиск хорошей партии играет огромную роль, всегда хватало мошенников, аферистов и просто беспутных, безответственных мужей, бросавших семьи. Розыск беглых мужей проводится и в гражданском обществе, с целью заставить платить алименты. В традиционном еврейском обществе розыск беглых мужей был профессией. Олег Козерод вспоминает об американских еврейских организациях Национальном бюро покинутых женщин и организациях по розыску беглых мужей. На основе их архивов и написана книга Энн Игра. В Старом свете проблема существовала тоже, но национальной службы там не было. Зато я нашел как-то в старых газетах сообщения о Еврейском обществе розыска беглых мужей в Одессе. Известно о существовании аналогичных обществ в Вильне и Лодзи.
«Раввины пускались в далекие путешествия, чтобы освободить агунот» пишет израильский адвокат Эли Аптекман. Еврейская литература занималась темой агунот, брачных аферистов, многоженцев чуть ли не с самого зарождения. Сюда еще примыкает тема торговли женщинами. Многие торговцы живым товаром ездили по городам и еврейским местечкам Восточной Европы, выдавали себя за женихов, женились и потом продавали жен в бордели в Российской империи, а то и увозили в Европу и Нового Света. Об этом «Господин из Буэнос-Айреса» Шолом Алейхема, Менделе Мойхер Сфорима, Шолом Аша и множество другой литературы. О брошенных женах есть и в «Тевье-молочнике». Об этом роман «Агуна» Хаима Градэ, происходящий в Вильне в начале ХХ века, об этом же новелла классика ивритской литературы, лауреата Нобелевской премии Ш-Й Агнона «Агунот».
Проблема брачных аферистов, многоженцев, злостных отказников развода и брошенных жен существует в религиозном, да и не только религиозном еврейском обществе до сих пор. Мой друг, консультант по организации безопасности аэропортов Йоси, в прошлом служил в в иерусалимской полиции, а пзоже был компаньоном частного детективного агентства, специализировавшегося на ультрарелигиозном секторе в Иерусалиме и Бней-Браке. Он рассказывал, что наряду с проверкой подноготной потенциальных женихов, поиск сбежавших мужей был основным направлением деятельности их агентства. Беглых мужей находили, а потом с помощью разных способов пытались убедить дать разводное письмо. Иногда добром и убеждением, иногда за деньги, а иногда и более крепкими методами, о которых Йоси предпочитает не распространятся. Как правило, в деле участвовал раввин или тоэн, как называют поверенных в религиозных иудейских судах. Они оформляли и утверждали бумаги, а самое главное, их свидетельства принимались в раввинских судах в Израиле.
Мне довелось познакомиться с известным в свое время в Израиле охотником за беглыми мужьями. Однажды меня пригласили на местное шоу, которое вел известный в Израиле культурный деятель Захария Лираз. Шоу снимали в уютной художественной галерее, размещавшейся в старинном турецком особняке в квартале Старого города Беэр-Шевы. Моя очередь выступать была сразу после секретаря раввинского суда Йосэфа Клейна. Клейн – невысокий худенький человек с редкой бородкой и в очках с толстыми стеклами не был похож на кинематографического героя. Тем не менее, в течение многих лет он занимался поисками беглых мужей по всему миру. Он бегло, хотя и сильным акцентом говорил по-английски, по-испански, по-немецки, по-польски, по-румынски, немного по-русски, и, вероятно, еще на нескольких языках. Клейн рассказывал захватывающие истории о поисках еврейских беглых мужей в пампасах Аргентины и колониях хиппи в Индии. В конце 19080-х годов начиналась большая эмиграция из СССР, принесшая множество личных проблем. Клейн занялся ими тоже.
Я попросил его дать интервью для газеты «Негев», которую я тогда издавал и редактировал. Клейн охотно согласился, потому, что считал важным, чтоб русскоязычные эмигранты-евреи узнали о его деятельности. Он рассказал мне захватывающую историю о том, как где-то в Сибири, в колонии строгого режима нашел кавказского еврея, осужденного за выполнение заказных убийств, и как убедил того дать развод жене, поселившейся с семьей родителей в Беэр-Шеве. Я взял также интервью и у женщины, благодарившей рабби и называвшей его святым человеком, помогающим десяткам несчастных женщин.
Позже выяснилась другая сторона деятельности раввина. Оказалось, что Клейн принуждал этих женщин к сожительству, часто методами далекими от добра и ласки. Раввин послал гневное письмо в газеты, но вскоре был вынужден уйти с работы, а позже следы охотника за беглыми мужьями затерялись. Я надеюсь, что он сумел справиться с профессиональными проблемами, грозящими всякому, кто занят на тяжелой и ответственной работе с людьми.
Все это не укладывается в стройную картину идеальных отношений, которую рисуют нам расхожие мифы, однако живая и реальная жизнь куда более интересна и поучительна.

(c) Michael Dorfman 2007

%d bloggers like this: