Michael Dorfman’s Essentials

УРОКИ ЧЕРНОГО СЕНТЯБРЯ

 Михаэль Дорфман

УРОКИ ЧЕРНОГО СЕНТЯБРЯ

Король Хусейн и Ясир Арафат 1971 г

В течение последнего десятилетия все израильские правительства Ицхака Рабина, Шимона Переса, Биньмина Натанияху, Эхуда Барака и Ариэля Шарона неизменно пыталось решить палестинскую проблему политическими методами и справиться с палестинским террором путем точечных ударов. Сторонники силовых методов упрекали их в слабодушии и призывали «Дайте армии победить!». Требования «зайти и отутюжить там все» раздавались не только среди маргиналов, но и среди военных и умеренных политиков. Демонстрации проводились под лозунгами типа «Родиной и честью не торгуют». Критики требовали немедленного проведения массированных военных операций, которые, по их мнению «разом покончат с террором». Критики воинственно заявляли: «Нет арабов – нет террора!», нет угрозы существования государства Израиль.
Критики грозно вопрошали: «Зачем им дали ружья?» Сторонники силового решения черпали вдохновение не только из лозунгов, вроде «Разрушить Палестинскую автономию, вернуть безопасность!». В сознании израильского общества глубоко укоренился стереотип событий сентября 1970 г., когда иорданский король Хусейн, якобы, в течение месяца ликвидировал палестинские военные формирования в Иордании и железной рукой навел порядок и выгнал из страны Ясира Арафата и других палестинских деятелей. Иорданский пример всегда приводился теми в Израиле, кто заявлял, что на Ближнем Востоке действенны лишь жестокие методы безжалостного подавления. Операция «Защитная стена» в апреле 2002, означавшая вторжение в палестинские города и ликвидацию администрации и вооруженных отрядов палестинцев лишь усилила аналогию с происходящим в Иордании 32 года назад.
Принято считать, что иорданско-палестинский вооруженный конфликт начался с похищения нескольких самолетов, длился месяц и закончился массовым побоищем в палестинских лагерях беженцев в Иордании. На самом деле вооруженный конфликт продолжался с перерывами полтора года. Наиболее кровавые события действительно развернулись в сентябре, но кровопролитие продолжалось еще 10 месяцев и вовсе не закончилось такой уж убедительной победой Хусейна, как об этом заявляют иорданские источники, в частности сайт памяти короля. Более того, плохо вооруженные и малочисленные палестинские отряды удивили мир силой своего сопротивления.
    Отсчет событий, приведших к «Черному сентябрю» можно начать с марта 1968 г. Тогда израильские войска совершили рейд вглубь иорданской территории и напали на городок Карамэ, где размещался штаб малоизвестного тогда молодого командира организации Фатх (Победа) Ясира Арафата. В Израиле бытует история, что десантники, получившие приказ ликвидировать Арафата залегли вокруг дороги, ведущей из городка. Они засекли одинокого мотоциклиста, ехавшего из Карамэ и решили его пропустить, чтобы не возбуждать преждевременной тревоги. После взятия городка десантники узнали, что мотоциклистом был Ясир Арафат.
Рейд был совершен в отместку за целый ряд террористических нападений, совершенных палестинскими организациями с иорданской территории. Глава правительства Леви Эшкол заявил с трибуны Кнессета, что «рейд проводится, чтобы положить конец новой волне террора». Совет безопасности ООН осудил израильскую акцию.
Стоит отметить, что иорданская артиллерия поддержала огнем палестинских боевиков, сражавшихся с израильтянами. По разным оценкам общие потери палестинцев в живой силе 128 или 170 палестинцев. Сюрпризом для израильтян стало, что палестинцы оказали ожесточенное сопротивление. Овеянная боевой славой недавно закончившейся Шестидневной войны Армия обороны Израиля (ЦАХАЛ) неожиданно потеряла в бою за Карамэ 28 человек. Свыше 80 были тяжело ранены. Палестинцы сумели захватить четыре израильских танка. Арафата тоже не удалось ликвидировать.

«РОДИНОЙ И ЧЕСТЬЮ НЕ ТОРГУЮТ»

Ясир Арафат, Гамаль Абд ел Насер и король Хусейн

Ограниченный военный успех палестинцев Арафат сумел превратить в огромную политическую победу в Иордании и во всем арабском мире. Дело в том, что это была по сути первая военная операция после Шестидневной войны, когда арабы сумели оказать сопротивление израильским войскам. Арафат сразу же снискал себе славу «борца за палестинскую родину» восстановив, хотя и в малой степени, честь арабского оружия после позорного поражения. Король Хусейн не мог не считаться с популярностью Арафата среди иорданского населения, состоявшего в большой степени из палестинцев. Египетский президент Джамаль Абдель Насер принял Арафата под свое покровительство. Насер был крепко недоволен преждним палестинским руководством во главе с Ахмедом Шукейри, на словах обещавших организовать всеобщее палестинское восстание и сбросить евреев в море, а на деле спокойно разворовывавших арабскую помощь. У Арафата появился и другой сильный покровитель – Сирия под властью социалистов-националистов из партии БААС, подозревавших Насера и египтян в попытках починить себе весь арабский мир. Египет и Сирия назывались тогда одинаково Объединенной Арабской Республикой и память о неудачном объединении двух стран крепко сидела в сознании сирийского руководства. С другой стороны – усиление Арафата подрывало власть короля Хусейна. Королевский дом и армия теряли свои позиции, как единственный суверен, обеспечивающие порядок в королевстве. Падения престижа наблюдалось даже в тех районах, где было мало палестинцев.
Хусейн предпринял попытку договориться с Арафатом. В ноябре 1968 между ними было заключено соглашение из пяти пунктов. Стоит подробней остановиться на пунктах соглашения, чтобы проиллюстрировать сложившуюся ситуацию. Соглашение серди прочего запрещало палестинцам появляться в городах вооруженными и одетыми в военную форму; запрещало останавливать и производить обыск гражданского автотранспорта; запрещало мобилизовать в палестинские отряды военнообязанную иорданской армии молодежь; обязывало обзавестись иорданскими документами и прекратить выдачу собственны палестинских удостоверений; что уголовные преступления палестинских бойцов будут расследовать иорданские власти. Была организована совместная комиссия, состоящая из представителей Организации Освобождения Палестины (ООП) и иорданских властей.
Соглашение не выполнялось и палестинцы продолжали наращивать свои силы, а в лагерях беженцев установили собственную власть. Кроме того они усилили борьбу с Израилем. Только в 1969 г. палестинцы совершили с иорданской территории 3,170 акций, причем большинство даже не было согласовано с иорданской стороной. Ответные действия Израиля тяжело ударили по иорданской экономике. 70 тысяч человек оставили свои дома и бежали из Иорданской долины.
Весной 1969 г. США предприняли мирную инициативу на Ближнем Востоке. Хусейн полагал, что республиканская администрация президента Никсона будет менее дружественна к Израилю, чем демократ Линдон Джонсон. Хусейн рассчитывал, что американцы смогут заставить Израиль отступить с территорий. Король поехал в Вашингтон и разъяснил американцам, что Иордания готова смягчить свою позицию, чтобы обеспечить успех американской инициативы. Звонок из Аммана с мирными предложениями, который декларативно ожидал израильский министр обороны Моше Даян мог вот-вот прозвучать.
Палестинцы насторожено следили за действиями короля. Они опасались, что сепаратный иорданско-израильский договор подрывал их мечту о палестинском доме от реки Йордан до Средиземного моря. Чтобы повредить дипломатическим усилиям Хусейна, Арафат и его соратники усилили вооруженные акции против Израиля. Об исламских радикалах тогда еще не слыхали. Их роль играли лево-экстремистские организации Народный Фронт Освобождения Палестины и Демократический Фронт. Левые радикалы заговорили о необходимости свергнуть Хусейна и создать в Иордании «Палестинский Ханой», подобно тому, как Северный Вьетнам поддерживал и направлял борьбу южновьетнамских партизан Вьетконга.
Хусейн понимал, что власть уплывает из рук. Но его руки были связаны. В своих действиях он зависел от воли египетского президента Насера. Волевой, доминантный и талантливый вождь Джамаль Абдель Насер заслуженно считается одним из величайших руководителей в новой истории Египта. Он провел секуляризацию, коренные реформы в государственном управлении и в армии, аграрную реформу, глубокие социальные изменения, дававшие египетскому народу шанс к прогрессу. Вместе с тем, находясь в плену панарабской идеи, Насер постоянно воевал и интриговал, пытался объединиться с Сирией, с Ираком, с Йеменом. Великая мечта о справедливом разделении всех богатство арабского мира со временем превратилась в навязчивую идею. Во время Войны за Независимость Насер служил в египетской армии капитаном и попал в израильский плен под Ашкелоном. Он надолго запомнил позор поражения.

Вместе с тем Насер был прагматичным политиком, желавшим добра своему народу и по своему был готов признать Израиль. После «переворота офицеров», готовя национализацию Суэцкого канала Насер обращался к израильскому руководству с предложениями мира, но Бен-Гурион, в большой мере под влиянием Моше Даяна и Шимона Переса, отверг его инициативы, предпочтя военный союз с Англией и Францией. В результате Синайской войны 1956 г., называемой в Израиле «Операция Кадеш», предпринятой якобы для прекращения террора из Газы, израильтяне захватили весь Синайский полуостров, но под массированным американско-советским нажимом были вынуждены оставить захваченные территории. Между Израилем и арабским странами были поставлены миротворцы из ООН, 11 лет обеспечивавшие безопасность на границе. Лишь в 1967 требование Насера о выводе миротворцев и намерение закрыть Тиранский пролив, ведущий в Эйлат послужили для израильтян поводом начать Шестидневную войну.
Все это общеизвестные факты. Менее известно, как ненавидели в Израиле Насера. Всенародная ненависть к Арафату даже в самые тяжелые времена конфликтов не достигала той силы и накала, как ненависть израильтян к Насеру. Он персонифицировал все зло, всех антисемитов, почти как извечный враг Израиля библейский Амалек.
Но вернемся к событиям 1970 г. Насер бы никогда не допустил бы вооруженного выступления Хусейна против палестинцев. В феврале 1970 г. во время визита в Каир Хусейну удалось достичь тайное соглашение с Насером, позволявшее ему ужесточить меры против палестинцев.
Вернувшись из Каира 10 февраля 1970 г, Хусейн опубликовал королевский декрет из 10-и пунктов. Декрет запрещал палестинским организациям мешать деятельности иорданской армии и полиции, запрещал проводить съезды и массовые мероприятия без санкции королевского МВД, запрещал принимать участие в иорданской политической жизни. Палестинские руководители отказались подчиниться. 11 февраля они создали объединенный штаб, начавший подготовку к отражению нападения со стороны короля. На улицах Аммана вспыхнули вооруженные беспорядки. Жертвы с обоих сторон составили 300 человек. Хусейн испугался. Он обратился к Насеру за разрешением ужесточить меры. Насер не согласился и предупредил, что не позволит ликвидировать ООП в Иордании.
Хусейн приказал армии отступить, выступил с речью, где заявил: «Мы все федаюны!».
Арабское «федаюн» – смертник – боец, готовый пожертвовать жизнью ради святой идеи. Так называли себя палестинские бойцы, совершая вылазки в Израиль. Понятие самоубийцы-шахида подрывающего себя появилось позже и пришло из психологических практик в иранской армии во время ирано-иракской войны. Но и тогда, в 50-70-е гг. у палестинских боевиков, выходивших на операции против Израиля было мало шансов остаться в живых.
В угоду палестинцам Хусейном был отправлен в отставку их заклятый враг министр внутренних дел Мухаммад Расул Ал-Килани. Первый раунд закончился явной победой Ясира Арафата.

«НЕ ДАВАЙТЕ ИМ РУЖЬЯ!»

В первом ряду Абба Эван (министр иностранных дел Израиля, Вильям Роджерс, Голда Меир (премьер министр) и ее заместитель Игаль Алон.

В конце июля 1970 г. в Египте приняли решение поддержать мирный план американского государственного секретаря Уильяма Роджерса, предусматривавший немедленное прекращение огня и отступление Израиля со всех оккупированных территорий согласно резолюции Совета Безопасности 242. Сразу за Египтом Иордания заявила, что принимает «План Роджерса». Израильское правительство во главе с Голдой Меир план не приняло, но и отказать США не хотело. Вместо этого, впервые было мобилизовано все произраильское лобби, чтобы оказать давление на администрацию Никсона. Не побрезговали даже обвинениями Роджерса в антисемитизме. Голда Меир пользовалась тогда в США огромной популярностью. Ее книга «Отчий дом» получила Пулитцеровскую премию. Комиссию не смутили такие пассажи, как «наш дом был таким еврейским, что нога гоя не ступала туда никогда». Отчий дом располагался в Миллуоки, Висконсин. Правда, случилась досадная неприятность. В разгар чествований какой-то безродный русский эмигрант по фамилии Невзоров на страницах ведущего еврейского журнала «Комментри» обвинил Голду в том, что в бытность послом в СССР она передала Сталину списки советских евреев-добровольцев, для участия в Войне за независимость Израиля. Какая клевета?! Голда считала, что списки показала еврейке и подруге, Полине Жемчужиной, жене Вячеслава Молотова, а вовсе не Сталину и Берии. Голда подала в суд, но затем забрала иск, поняв, что судиться ей предстоит с солидной американской газетой, с влиятельным правым редактором Норманом Подгорцем, а не с малоизвестным эмигрантом. История добровольцев из СССР выходит за рамки данной статьи и о ней стоит поговорить особо. Голда же не приехала в Нью-Йорк судится. Он пожинала плоды огромной симпатии к Государству Израиль, возникшей в США лишь после победы в Шестидневной войне. Американцы уважают победителей. Но все это будет немного поздней, в конце сентября, во время визита Голда вряд ли думала, что уже назревает новая война, которая разрушит ее политическую карьеру.
Приятного было больше. О жизни Голды сняли фильм с Ингрид Бергман в главной роли. Фильм полон несуразностей, неточностей, а для знакомого с израильской жизнью, местам просто смешон. В фильме Голда прямо в здании Кнессета в Иерусалиме грудью закрывает Бен-Гуриона от бомбы террориста. Бомба взрывается в ногах у Голды. Зато фильм подробно рассказывается о новом граммофоне, сразу обеспечившем молодой репатриантке из Америки Голде Меирсон популярность в кибуце.
Голда сделала все, чтобы провалить «Плана Роджерса». Позже на съезде Молодой смены Израильского рабочего движения МААРАХ. Она заявила «Вы, ребята уже выросли в Израиле в счастливое время и не знаете, что такое антисемитизм. А вот мы, старшие люди, еще хорошо помним, что это такое. И я скажу вам, что американский госсекретарь Уильям Роджерс – антисемит».
Слова дошли не только до израильской молодежи, но и до американского президента Никсона. Примерно в то время он всерьез обсуждал с популярным баптистским проповедником Билли Грехемом, как ограничить влияние еврейского лобби в американских СМИ. Вместо Роджерса ближневосточную политику стал курировать немецкий еврей, гарвардский профессор-политолог Генри Альфред Киссинджер. В его биографии тоже был кибуц, откуда юношу из Германии выгнали. Наверное потому, что у него не было граммофона.
Впрочем, мир между Израилем и Египтом был впоследствии заключен в точности, согласно «Плану Роджерса». Но для этого потребовалась кровопролитная война, унесшая тысячи жертв, приведшая Израиль на грань глубочайшего национального кризиса. Уже после принятия Главой правительства Израиля Менахемом Бегиным мира с Египтом Голда Меир заявила на заседании Центра партии МААРАХ, которой она руководила: «На этих условиях мне предлагали тоже заключить мир, но я отказалась».
Но вернемся к событиям 1970 г. Драматическое заявление Египта и Иордании вызвало усиление террористической деятельности со стороны ООП. Левые палестинские организации Народный Фронт Освобождения Палестины под руководством Джорджа Хабаша, Демократический Фронт Освобождения Палестины Наифа Хаватме и Народный Фронт – Общее командование Ахмеда Джибриля решили провалить «План Роджерса», а если удасться, то и свергнуть режим короля Хусейна.
ООП под руководством Арафата проводило официальную политику «невмешательства во внутренние дела арабских стран» и избегала открытого конфликта в Хусейном. Ясир Арафат опасался, что попытка свергнуть короля преждевременна. Иорданская армия насчитывала 55 тысяч солдат отлично вооруженных и обученных британскими инструкторами, бронетанковые войска. У Иордании была хорошая боевая авиация, любимое детище короля, начинавшего свой жизненный путь в военном летном училище в Англии. У палестинцев было всего около 15-16 тысяч бойцов, вооруженных легким стрелковым оружием.
Арафат прибег к тактике, которую затем последовательно проводил всю жизнь. Он решил создать хаос. С одной стороны он не препятствовал радикальным организациям, с другой – не начинал фронтального конфликта с Хусейном.
В конце августа уже нельзя было закрывать глаза, что радикальные палестинские организации прямо выступили против королевского режима. 1-го сентября по дороге в аэропорт Аммана было совершено покушение на короля Хусейна. 6-го сентября боевики из Народного Фронта похитили сразу три самолета – 2- швейцарской компании Swissair и самолет TWA. Террористы посадили самолеты на иорданском аэродроме в Зарка. Еще один самолет компании Pan-Am был захвачен в Каире. Через три дня был захвачен британский самолет, направлявшийся в Амман. Пассажиров держали, как заложников, а Народный Фронт заявил в Бейруте, что «намерен наказать американцев за их последовательную поддержку Израиля». Арафат молчал.
Воздушный терроризм неожиданно дал обратный эффект. В мире росло возмущение палестинцами и Хусейн решил, что теперь его акция против палестинцев воспримут с большим пониманием. Король понимал, что негодование Насера, заинтересованного в «плане Роджерса», будет слабей.
События быстро развивались и Хусейн чувствовал, что стремительно теряет контроль. В разгар событий, связанных с похищением самолетов, палестинские командиры объявили район Ирбид «освобожденной территорией Палестины» и объявили, что готовятся к «решительному сражению».
«15-го сентября Хуссейн собрал приближенных и советников во дворце Дар Аль-Бир в Хамра, северней столицы Аммана, – пишет Ашер Сасер в книге между «Иорданией и Палестиной» биографии премьер-министра короля Хусейна Вацфи Ал-Тфал, – эти люди давно поддерживали идею выступить против “федаинов”. Они убедили короля, что настало время действовать, и заверили, что для изгнания “федаинов” из крупных городов армии понадобится два-три дня. Сомнения Хусейна пропали, и в его сердце созрело решение изгнать “федаинов”. Неуверенность и колебания короля исчезли. В ночь на 16-го сентября атмосфера во дворце была, как в военном штабе накануне битвы. Военные планы быстро составлялись и утверждались. Прогноз был таков, что до начала битвы остаются считанные часы».
    16-го сентября утром Хусейн объявил о введении военного положения, а уже вечером танки 60-й бронетанковой бригады вошли в Амман со всех сторон и при поддержке мотопехоты начали штурм лагерей и укрепленных позиций палестинцев. Начались бои вокруг королевского дворца в Цалих, возле аэродрома в Зарка, в Ирбиде. Быстро выяснилось, что оценки королевских советников о том, что палестинцев можно победить в течение нескольких дней оказались ошибочными. Палестинцы отчаянно сопротивлялись, отстаивали каждый дом. Хусейн понимал, что каждый день боев усиливает арабское и международное давление и увеличивает шансы, что его заставят прекратить боевые действия и достичь с палестинцами компромисса.
Более того, 18-го сентября, через два дня после начал боев с севера вошли сирийские танки. Сначала это были небольшие подразделения армейской разведки, но через два дня там было две сирийские танковые бригады, а еще через день прибыли подкрепления и сирийские силы уже составляли укомплектованную дивизию и располагали 250-ю танками. Официальная сирийская пропаганда, впрочем, называла эти силы Армией освобождения Палестины. Действительно, там были отряды боевиков просирийской палестинской организации А-Сайка. Иорданцы не дали ввести себя в заблуждение и большее опасались, что под предлогом «освобождения Палестины» северный сосед попытается захватить всю Иорданию и осуществить мечту о Великой Сирии. Король Хусейн развернул навстречу сирийцам 40-ю танковую бригаду и после короткого боя иорданцам удалось остановить наступление. Одновременно Хусейн обратился к правительствам США и Великобритании за помощью.
Иракская басня рассказывает, о том, как попавший в беду багдадец попросил помощи у своих братьев. Старший брат сказал: «Я тебе помогу тем, что объясню, почему ты попал в беду и какие у тебя трудности. И посоветую, чтобы ты подумал у кого еще просить помощи». Средний брат сказал: «Я тебе помогу тебе советом. Пойди к нашему младшему брату, он тебе поможет». И лишь младший брат, с которым багдадец был в ссоре много лет продал все, чтобы выручить родственника. Иорданский король на собственном примере оценить своеобразный юмор восточной басни.
1-го января 2001 Министерство иностранных дел Великобритании опубликовало очередную серию документов, секретность которых окончилась по прошествии 30 лет. Среди них документы, касающиеся «черного сентября». Выяснилось, что Хусейн обратился к Великобритании за военной помощью. Британское правительство сэра Алека Дуглас-Хьюма низко оценивало шансы Хусейна и не особенно торопилось помочь. Британцы, правда, согласились выпустить из тюрьмы террористку Лейлу Халед, отбывавшую наказание за попытку угона израильского пассажирского самолета компании Эл-Ал вместе с никарагуанцем Патриком Аргуелло. Террористка просчиталась и не учла, что команда была вооружена.
Из рассекреченных документов следует, что Лондон отпустил Лейлу Халед, чтобы поддержать престиж короля, но дальше ничем помогать не собирался, Англичане лишь согласились передать американцам просьбу Хусейна о помощи. Как известно «Британская империя не имеет друзей, а имеет интересы». Времена, когда Британия помогла создать иорданскую армию прошли. Британцы старались ладить со всеми сторонами. Тогда они в частности обратили внимание на Ясира Арафата и установили с ним негласную связь. Питер Трипп бывший в то время главой ближневосточного отдела британского МИД в интервью телеканалу BBC в январе 2001 рассказал:
«-Положение короля Хусейна выглядело шатким. Мы не имели ввиду вовсе выкинуть его за борт. Арабы имеют пословицу, что друга в беде не бросают. Это в арабском мире исполняется. Но наши интересы в арабском мире были обширней, чем интересы короля и мы должны были их соблюдать…
– Арафат тоже представлял тогда определенную силу в арабском национализме и мы вынуждены были обратить внимание на ООП и Фатх…Мы не имели с ним много контактов, но мы понимали, что контакты с этим человеком могут понадобиться»
– Король Хусейн был возмущен и, даже потрясен, но затем был вынужден смирить свою гордость и понять, что мы делаем правильно, держа в руке все карты.»

В США Хусейна просьбы приняли лучше. Впрочем помочь тоже не спешили. Американцы сообщили Хусейну, что оптимально ему смогут помочь израильтяне.
21 сентября израильский посол в Вашингтоне Ицхак Рабин был приглашен в Белый дом, где ему была передана просьба помочь иорданскому королю, в частности предоставить воздушный зонт для сражавшихся с сирийцами иорданцев. Американцы были удивлены, что для Рабина американская просьба не была неожиданностью. Он не только сразу же согласился на воздушный зонт до полного отступления сирийцев, но и предложил нанести воздушный удар по сирийским позициям.
Американцы сразу же предупредили СССР о готовности Израиля нанести удар по сирийским войскам в Иордании, что, по видимому, послужило сигналом для сирийцев и они отвели свои войска. До сих пор историкам неясно, какие цели преследовали сирийцы. Президент Сирии Хафез Эль Асад, бывший в 1970 г. министром обороны сказал своему биографу Патрику Силу (Patrick Seal), что сирийские войска, вторгшиеся в Иорданию должны были защитить палестинское население от резни. Несколько патетическое заявление человека, ответственного за резню, унесшую жизни 20 тысяч мусульманских братьев в сирийском городе Хама. Впрочем, на сирийцев могла остановить еще и негативная реакция Египта на интервенцию.
Поспешное отступление сирийцев нанесло тяжелый удар по надеждам палестинцев. Королевская артиллерия и авиация последовательно разрушали палестинские лагеря в Аммане и окрестностях. Армия наступала на все опорные пункты палестинцев. Палестинцы согласились на прекращение огня.
Количество убитых во время событий «Черного сентября» точно не установлено. В Израиле бытует цифра 20 тысяч. Профессор Изид Саир в книге «Вооруженная борьба и стремление к государству» считает, что оценка в 20 тысяч палестинцев – завышенная и основана на израильских данных. Он приводит иорданские данные – 2.500 человек. В марте 1971 Ясир Арафат назвал другие цифры – 3.400 убитых и 10,800 раненых.

    «ДАЙТЕ АРМИИ ПОБЕДИТЬ»

    Всем казалось, сентябрь заканчивался победой короля. Арафат и Хусейн отправились на саммит арабских лидеров в Каире. И там 27-го сентября недавний победитель, король Хусейн вынужден был подписать соглашение, оставляющее за палестинскими боевыми организациями право действовать в Иордании. Соглашение было для иорданской стороны унизительным. Обе стороны рассматривались в нем, как равноправные. Соглашение определяло, что «Иордания поддержит освободительное движение палестинского народа» . Еще более унизительно звучал следующий пункт «Обе стороны отведут силы из крупных городов». Предусматривалось освобождение всех заключенных. Единственный пункт в пользу иорданцев говорил о том, что иорданские власти будут нести исключительную ответственность за поддержание порядка в стране. Да и тут, Хусейн вряд ли питал надежды, что палестинцы будут выполнять это соглашение, как не выполняли они соглашения, достигнутые прежде.

Палестинцы уходят в Ливан

    «Черный сентябрь» заканчивался. Арафат одержал дипломатическую победу. Король Хусейн направил против палестинцев всю силу своей армии, но не смог изгнать их из Иордании. Палестинцы получили передышку и начали готовится к следующему этапу борьбы.
Не победа иорданского оружия определили судьбу палестинцев, а два неожиданных события, произошедшие в арабском мире. 28 сентября 1970 г. от сердечного приступа в возрасте всего 52 года неожиданно скончался египетский президент Джамаль Абдель Насер. Пока ситуация в Египте прояснилась и власть стабилизировалась в руках Ануара Саддата, палестинцы в Иордании потеряли своего наиболее влиятельного покровителя. Египетское участие в палестинских делах прекратилось на продолжительное время. Через два месяца в Сирии произошел военный переворот и власть захватил министр обороны Хафез Эль-Асад, считавшиеся лидером прагматического крыла партии правящей партии БААС. Сирия тоже на какое-то время не могла ничем помочь палестинцам. Хусейн понял, что должен быстро завершить изгнание палестинцев. Но быстро не получалось. По рассказу одного высокопоставленного аналитика израильских спецслужб, Хусейн верил, что его предок пророк Мухаммед помог ему.
После смерти Насера Арафат верно оценил свои шансы и пошел на подписание соглашения из пяти пунктов, напоминавшее соглашение 1968 г. Арафат согласился на расформирование военных баз палестинцев, признал полный суверенитет иорданского короля, согласился на запрет для палестинцев появляться в военной форме и вооруженными в городах и деревнях. Если палестинцы выполняли бы достигнутое соглашение, то арабский мир не дал бы Хусейну возможности что-то сделать. Но радикальные левые группировки Народный Фронт и Демократический Фронт отказались принять соглашение и призвали своих людей игнорировать иорданские власти. Более того, на ассамблее Палестинского национального собрания им удалось провести решение о том, что Восточный берег реки Иордан является частью палестинской родины и составит часть палестинского государства, когда оно будет создано.
С другой стороны, иорданские армейские командиры, в основном, происходившие из родственных Хусейну бедуинских кланов, рвались в бой, чтобы закончить начатое в сентябре. Иорданской армией командовали воспитанники генерала сэра Габбстона Глабб-паши – британского генерала, посланного на ближний Восток советником, влюбившегося в людей и природу и связавшего свою жизнь с арабским народом настолько, что даже принял ислам. Военные специалисты знают, что там, где размещаются вооруженные силы, находящиеся под различным командованием, неминуемо возникают стычки. Особенно, если эти силы испытывали друг к другу непримиримую вражду. Уже в начале ноября 1970 г. в Аммане возобновилось противостояние между палестинцами и иорданской армией. 9-го ноября премьер-министр Иордании Вацфи Ал-Тфал в соответствии с достигнутым месяц назад соглашением заявил, что палестинцам запрещается появляться вооруженными и отдал приказ армии разоружить палестинские отряды в столице. Но до конца года иорданская армия укрепляла свои позиции в городах и избегала крупных стычек. Лишь в начале января 1971 г. король решился и отдал армии приказ блокировать шоссе, ведущее из Аммана в Джариш и тем самым отрезать палестинские военные базы от лагерей беженцев. Осознавая невозможность открытого противостояния, палестинцы согласились сдать оружие, но не выполнили своего обещания. В конце марта иорданская полиция обнаружила большой склад оружия в Ирбиде, королевские войска блокировали город, арестовали большое количество палестинских активистов. Многие бежали. Вдохновленный успехом, король начал зачистку в Аммане.
ООП не сдавался. 5-го июня 1971 в радиопередаче из Багдада, посвященной 4-й годовщине Шестидневной войны руководители большинства палестинских организаций, включая Фатх и ООП призвали свергнуть режим Хусейна, как единственный путь «избежать предательства и подписания сепаратного мира между Иорданией и Сионистским образованием (Израиль на языке арабских пропагандистов того времени)». Лишь в июле 1971 г., после трех месяцев безуспешных дипломатических контактов, иорданская армия начала военные операции по вытеснению палестинских организаций из крупных городов. Лишь через 10 месяцев Хусейн предпринял наступление на северные гористые районы страны возле городов Джариш и Аджелон, где скопилось около 3.000 вооруженных боевиков. Бойцы АФАТХ заявили, что скорей умрут, но не сдадутся. Четыре дня иорданская армия штурмовала позиции палестинцев, пока сумела подавить последние очаги сопротивления. Только тогда король Хусейн собрал пресс-конференцию, где заявил, что в королевстве все спокойно.
Отряд из 72 палестинцев, опасавшихся за свою жизнь, среди них старшие командиры, перешел границу и сдался израильской армии. В течение 1970 г. еще несколько групп палестинских бойцов сдались ЦАХАЛ. На допросах в ШАБАК некоторые из них предлагали сотрудничество, предлагали вместе ударить по королю и открыть новую страницу сотрудничества двух народов. Официальный Израиль тогда считал, что время работает на нас и израильтяне смогут еще долго пожинать плоды победы в Шестидневной войне. Стратегическое сотрудничество с новым союзником, Америкой открывало пьянящие перспективы и предложения палестинцев никто не принял всерьез.
Действительно, поражение палестинцев казалось сокрушительным и полным. Оскорбленный и униженный ФАТХ вынашивал планы мести. Там создали отряд, получивший название «Черный сентябрь». Уже 28 ноября четверо боевиков «Черного сентября» совершили покушение на премьер-министра Иордании. Последние слова истекающего кровью на ступеньках каирского отеля «Хилтон» Вацфи Ал-Тфал были «меня убили… убийцы… они верят только в пожар и разрушение».

     «НЕТ АРАБОВ – НЕТ ТЕРРОРА»?
Тезис Карла Маркса о том, что история повторяется, сначала в как трагедия, а затем в виде фарса на Ближнем Востоке не оправдывается. Здесь все время история повторяется в виде трагедии. Для Иордании «Черный сентябрь» знаменовал поворот и коренной пересмотр своих позиций. Модель монархии под хашемитской короной и панарабскими лозунгами и попытки затушевать противоречия между палестинцами и иорданцами уступили место резкой «иорданизации» государственного управления, армии и полиции, к уравниванию в правах и интеграции палестинского населения в иорданскую нацию. Тогда же Хусейн понял, насколько опасны для его власти попытки присоединить к своей монархии Западный берег Иордана. Он начался процесс постепенного отказа от территориальных претензий. Тогда же начался долголетний тайный союз между Иорданией и Израилем. Американская и израильская помощь против сирийской интервенции убедили короля, что только прозападная ориентация сможет обеспечить устойчивость его режиму.
Палестинское руководство тоже извлекло из событий «Черного сентября» немало уроков. Там поняли, что никто не сможет больше игнорировать военный потенциал палестинцев, что они способны определять повестку дня как в арабском мире, так и в Израиле.
«Черный сентябрь» стал экзаменом лидерских качеств Арафата. В это время выявились его тактика и стратегия, которым он прибегал в последствии всегда. Арафат должен был соблюдать соглашения и постоянно нарушал их. Арафат должен был усмирить экстремистов в своих рядах и последовательно не делал этого. Он должен был определить реальные стратегические цели и не делал этого. Из Иордании он был изгнан в Ливан, где уже через 4 года при его активном участии разгорелась кровопролитная 20-летняя гражданская война. В в1982 г. он был одним из инициаторов и виновников израильского вторжения в Ливан. В результате Ливанской войны он был изгнан в Тунис. Там, правда, не развернул гражданской войны, но сделал ошибку, могшую стоить ему карьеры – поддержал агрессию Саддама Хусейна против Кувейта, закончившейся войной в Персидском заливе и тяжелыми последствиями для палестинцев, Сотни тысяч их были изгнаны из стран Персидского залива. Из Туниса Арафат вернулся в Рамаллу и Газу, где опять, через 32 года после «Черного сентября», снова посреди руин, блокированный и одинокий, он опять оказался против танков, которые ему нечем отразить. Снова, в который раз, оказался в положении полководца, блестяще выигрывавшего все тактические бои, но неизменно проигрывающего войны.
Не забыли уроков «Черного сентября» и в Иордании. После того, как израильские войска вторглись в палестинские города, Иордания направила израильтянам несколько резких посланий, предупреждая против ошибки и трагических последствий, если Арафата вышлют в Иорданию.
Впрочем, как всегда, существует и другой взгляд. В 1996-98 гг я работал с германским некоммерческим фондом, занимавшимся гуманитарными проектами на Ближнем Востоке. В 1996 г. в составе небольшой делегации он встретился с Ясиром Арафатом в Йерихоне. После встречи я записал в блокнот:
«То ли положение “народного вождя” обязывало, то ли по соображениям безопасности но Ясир Арафат зашел в помещение со свитой, в два раза превышавшей нашу делегацию. Мы подошли поздороваться. Взгляд Арафата поражал каким-то пустотой. Даже при рукопожатии мне не удалось заглянуть ему в глаза. Это не был растерянный бегающий взгляд больного и не застывший взгляд аппаратчика.
Впечатление создавалось такое, что Арафату отчаянно скучно. Скучно от рутины, составляющей смысл жизни любого политика: приемов, пресс-конференций, заседаний, выступлений… Скучно от необходимости заниматься рутинными и неинтересными проблемами канализации, ремонта улиц, устаревшей инфраструктурой, нищей жизнью, жалкой экономикой, невиданной коррупцией среди приближенных, разворованными финансами, недоразумениями с израильтянами… Скучно быть по сути старостой- мухтаром маленьких и скучных арабских городков. Возможно, он видел себя лидером мирового калибра, определяющим мировую повестку дня, а титул главы маленького слаборазвитого государства, зажатого среди бывших и настоящих врагов, казалось ему нудным эпизодом, который надо избыть как можно скорей избыть. Возможно Арафат понимает, что он – уникальный и необходимый, единственный и незаменимый лидер, стратег палестинской революции скоро окажется несостоятельным, как глава государства…»
    Глава израильской контрразведки ШАБАК Карми Гилон писал о том же: «За годы работы я изучил личность Арафата очень близко. Мое знакомство с ним почти интимное. Поэтому должен сказать, что именно в блокаде, в экстремальных ситуациях он проявлял себя лучше всего, действовал наиболее эффективно
Наверное, отказ от предложений бывшего премьер-министра Эхуда Барака тоже был ошибкой. Барак предложил максимум того, что израильский концензус мог бы выдержать, включая уступки в Иерусалиме. Арафат испугался, что это конец революции. Ведь палестинцы столько боролись и ничего не получили. Вот они и восстали. Если бы израильтян там не было, они бы тоже восстали. Рискну предположить, что даже если бы на месте Израиля было бы арабское государство, то оно столкнулось бы с теми же проблемами безопасности со стороны своих соседей, что и Израиль. Дело не только во вражде Арафата с Сирией или с Иорданией.
Арабские карикатуристы рисуют Израиль, как нож в тело арабской нации. Здесь есть глубокий смысл. Ведь Израиль разделяет между захлебывающейся в деньгах Саудией и Эмиратами и голодными нищими толпами в Египте. Мечта разделить справедливо дарованное Аллахом богатство – очень сильная идея. За нее воевал Насер в Йемене и в Сирии. Вдохновленные этой мечтой толпы танцевали на улицах, когда Саддам Хусейн захватил Кувейт. Израильтянам еще надо будет научится жить на Ближнем Востоке.
И еще один урок. Не так давно по делам я побывал в Ирбиде, который 30 лет назад палестинцы провозгласили “освобожденной территорией родины”. В результате мирных соглашений в Осло Ирбид был объявлен свободной израильско-иорданской экономической зоной и там на деньги американского и европейского налогоплательщика были построены промышленные зоны. Израильские бизнесмены быстро оценили открывшиеся возможности. Использовав выгодные кредиты и инвестиционные льготы в Израиле, они стали переводить в Ирбид морально устаревшую израильскую текстильную и швейную промышленность. В Израиле работы лишились тысячи женщин, в основном, работавшие за гроши новые эмигрантки из СНГ из Беэр-Шевы, Кирьят Гата и Офакима и арабки из галилейских деревень, где располагались цеха, шившие одежду для лучших европейских домов высокой моды. Иорданцы и палестинцы недолго пользовались благами экономического расцвета. Израильские фабрики были «на корню» куплены китайскими предпринимателями. Большинство оборудования размонтировано и переведено в Китай, а промзона Ирбида стала удобным перевалочным пунктом для китайских экспортеров китайского текстиля в Европу и США, где на него наложены ограничения из за демпинговых цен. Впрочем, китайцы выполняют обязательства и продолжают покупать в Израиле 8-10% сырья и услуг. Так, что довольны все, кроме тех, с кем никто считаться не привык.
После первой публикации очерка мой израильский читатель написал «Мы находимся между Сциллой и Харибдой – точечными ударами нельзя победить противника. Для того, чтобы его победить нужно утюжить всё, именно всё. А тогда очень легко превратиться в сволочь. Очень не хочется быть сволочью.» Это верно. Очень не хочется. Да и не поможет.

2001


Для подготовкм статьи, кроме цитированных в тексте источников, использовались
1. Статья Арье Шавита в пятничном приложении к газете “Аарец” от 12.04.2002
2. Материалы сайти Иорданского королевского дома
3. Архив передачи “UK confidentional” от BBC

2002 г.

Advertisements

%d bloggers like this: